дневниковые записи и очерки об армии 1987-89 гг.
Многое с течением лет изменилось в моём восприятии вещей. Но всё намеренно оставляю без изменений...
предыдущие главы в сборнике "Камчатская тетрадь"
X V I
1-го августа я наконец-то получил своё первое письмо из дома. И пришло оно от моей любимой бабушки! Я так ждал этой весточки, по доброму завидуя тем счастливцам, которым приходило сразу по несколько писем. И когда услышал свою фамилию, без памяти от радости выскочил из строя. Бабулька написала светлое и тёплое письмо, пошутив, что здоровье позволяет ей бегать. Оставшийся вечер я летал, как на крыльях, несколько раз перечитывая эти строчки. В них было тепло бабиного хлеба, необыкновенно вкусного и огромного, ласковый и добрый её взгляд, необычайная сила её души. И то, что первое письмо пришло именно от неё, меня очень вдохновило.
Со следующего дня письма стали приходить все чаще и чаще. Я просто обезумел от счастья, когда взял в руки мамин конверт. Что это были за минуты! "...Мне очень будет тебя не хватать, мой мальчик, но я всё вытерплю. Вся моя жизнь на терпении и держится. В тебе я не сомневаюсь ни на минуту, ты всё выдержишь, все испытания, которые необходимы в армии. Трудностей не бойся, все они преодолимы. А найдёшь хороших друзей, и уже они наполовину будут переноситься легче..."
Милая моя мамочка, ты у меня великий человек, для меня нет никого роднее и любимее в мире. Да, я немало огрочал тебя, то по мальчишескому непониманию, то по своей не всегда оправданной твердолобой уверенности в своей правоте. Но поверь, я всегда тяжело переносил твою боль. Ведь наболтаю, бывало, лишнего (дурная привычка вечно оправдываться), а потом места себе не нахожу, хотя внешне этого и не видно. Не знаю, как-то не умею я показывать свои чувства, внешне словно каменная глыба. Но любил я тебя и любить буду вечно, ты никогда не останешься одна, моя родная. Я страшно скучаю, так хочется побыть рядом хотя бы немного. Мама, любимая, красивая, милая, добрая мама...
В субботу, кажется это было 8 августа, учебка по своему обыкновению занималась по плану Парково-хозяйственного дня (ПХД). К этому времени мы уже привыкли к тому, что дома называлось генеральной уборкой. В казарму буквально вгрызались с мылом и тряпками разъярённые щеглы и после двух-трёх часов борьбы с антисанитарией полы, панели, тумбочки - всё, что могло блестеть, блестело, сверкало ослепительной чистотой. Я в этот день мыл ленкомнату и вдруг наши местные шулера, незаметно утянув из канцелярии несколько писем, захватили и моё. Письмо от Саньки Танайлова! Братан, вот и твоя весточка долетела до наших краёв! Как много она для меня значит! Забегая вперёд, скажу, что его письма всегда приходили в самы нужный момент. То когда мне нужно было ощутить его надёжное плечо друга, то когда мне было невесело и скучно, и мы смеялись вместе через наши письма, то я черпал из них, как из источника, поддержку в час сомнений и упадка, силу его мужественности, справедливости и честности. Наши письма были, как крепкое братское рукопожатие через тысячи километров, вселяющее в обоих огромный заряд оптимизма и бодрости духа. Лишь тут, в армии, я стал понимать и ценить, что значит письмо для солдата. Пусть оно небольшое, но и те два слова, сказанные от души и мудро, порой незаменимы и очень дороги. Они дают понять, что теперь, в пору настоящих испытаний чувств и отношений, ты стал кому-то роднее и ближе, и тебя не забывают.
Многое с течением лет изменилось в моём восприятии вещей. Но всё намеренно оставляю без изменений...
предыдущие главы в сборнике "Камчатская тетрадь"
X V I
1-го августа я наконец-то получил своё первое письмо из дома. И пришло оно от моей любимой бабушки! Я так ждал этой весточки, по доброму завидуя тем счастливцам, которым приходило сразу по несколько писем. И когда услышал свою фамилию, без памяти от радости выскочил из строя. Бабулька написала светлое и тёплое письмо, пошутив, что здоровье позволяет ей бегать. Оставшийся вечер я летал, как на крыльях, несколько раз перечитывая эти строчки. В них было тепло бабиного хлеба, необыкновенно вкусного и огромного, ласковый и добрый её взгляд, необычайная сила её души. И то, что первое письмо пришло именно от неё, меня очень вдохновило.
Со следующего дня письма стали приходить все чаще и чаще. Я просто обезумел от счастья, когда взял в руки мамин конверт. Что это были за минуты! "...Мне очень будет тебя не хватать, мой мальчик, но я всё вытерплю. Вся моя жизнь на терпении и держится. В тебе я не сомневаюсь ни на минуту, ты всё выдержишь, все испытания, которые необходимы в армии. Трудностей не бойся, все они преодолимы. А найдёшь хороших друзей, и уже они наполовину будут переноситься легче..."
Милая моя мамочка, ты у меня великий человек, для меня нет никого роднее и любимее в мире. Да, я немало огрочал тебя, то по мальчишескому непониманию, то по своей не всегда оправданной твердолобой уверенности в своей правоте. Но поверь, я всегда тяжело переносил твою боль. Ведь наболтаю, бывало, лишнего (дурная привычка вечно оправдываться), а потом места себе не нахожу, хотя внешне этого и не видно. Не знаю, как-то не умею я показывать свои чувства, внешне словно каменная глыба. Но любил я тебя и любить буду вечно, ты никогда не останешься одна, моя родная. Я страшно скучаю, так хочется побыть рядом хотя бы немного. Мама, любимая, красивая, милая, добрая мама...
В субботу, кажется это было 8 августа, учебка по своему обыкновению занималась по плану Парково-хозяйственного дня (ПХД). К этому времени мы уже привыкли к тому, что дома называлось генеральной уборкой. В казарму буквально вгрызались с мылом и тряпками разъярённые щеглы и после двух-трёх часов борьбы с антисанитарией полы, панели, тумбочки - всё, что могло блестеть, блестело, сверкало ослепительной чистотой. Я в этот день мыл ленкомнату и вдруг наши местные шулера, незаметно утянув из канцелярии несколько писем, захватили и моё. Письмо от Саньки Танайлова! Братан, вот и твоя весточка долетела до наших краёв! Как много она для меня значит! Забегая вперёд, скажу, что его письма всегда приходили в самы нужный момент. То когда мне нужно было ощутить его надёжное плечо друга, то когда мне было невесело и скучно, и мы смеялись вместе через наши письма, то я черпал из них, как из источника, поддержку в час сомнений и упадка, силу его мужественности, справедливости и честности. Наши письма были, как крепкое братское рукопожатие через тысячи километров, вселяющее в обоих огромный заряд оптимизма и бодрости духа. Лишь тут, в армии, я стал понимать и ценить, что значит письмо для солдата. Пусть оно небольшое, но и те два слова, сказанные от души и мудро, порой незаменимы и очень дороги. Они дают понять, что теперь, в пору настоящих испытаний чувств и отношений, ты стал кому-то роднее и ближе, и тебя не забывают.
